Все следующие дни проходили по одному и тому же плану: проснуться, пойти в сенат на занятия с Людвиком, вернуться в таверну, вздремнуть пару часов перед ночной работой, сама работа, потом сон. И так по кругу. Я потеряла счёт дням — всё слилось в один бесконечный день. Сказать, что я уставала, — ничего не сказать. Но я не могла отказаться ни от работы, ни от занятий с акосе. Мы изучали многое. После того как он провёл мне тест в первый день, мы взялись за арифметику — оказалось, эта наука давалась мне легко. Франц предположил, что я знала её и раньше, просто забыла, как и многое другое. Проходили историю магии, магическую этику. Естественно, акосе очень много рассказывал об артефактах, их изготовлении, назначении, принципах работы. Но больше всего мне нравились медитации. Их целью было найти источник магии внутри себя и научиться к нему обращаться, черпая из него силу. Я закрывала глаза и в полной тишине сливалась с мерцающим фиолетовым сгустком, чувствовала нити силы в своих руках и тепло, разливающееся по телу. Людвиг не рассчитывал, что у меня так легко получится, но после моего успеха не стал исключать этот предмет из подготовки, говоря, что для артефактора контроль и чувство магии невероятно важны. А я, честно говоря, просто наслаждалась этим кусочком силы внутри себя. Обращаясь к магии, я чувствовала, словно встретила старого знакомого, с которым не виделась долгое время, и больше не хотела с ним расставаться. К сожалению, Людвиг рассказал, что я не смогу пользоваться магией, пока не получу статус акосе и особое разрешение на её применение. Она доступна мне лишь в учебных классах и под контролем наставника. Конечно, никто её не заблокирует, но если кто-то поймает — будут большие проблемы. А точнее, визит к оло, который одним своим взглядом может стереть мою личность, оставив тело в состоянии овоща. Мне не хотелось такой участи, да и я так выматывалась на занятиях и работе, что просто не оставалось сил для каких-либо экспериментов. Мне нравилась учёба, несмотря на все сложности, и я ощутила приступ тоски, когда Франц объявил, что сегодняшнее занятие будет последним. — Лика, за всё это время ты была моей самой лучшей и старательной ученицей, — сказал акосе с теплом в голосе. — Завтра я уезжаю в столицу. А ты за неделю разберись с делами в городе и тоже выезжай. Я успею предупредить оса Барта о твоём приезде и твоих успехах. Если он будет благосклонен, то сразу сможет дать тебе возможность подрабатывать у него помимо обучения в школе. Заключите договор — и ты сможешь сразу отрабатывать свой долг. — Спасибо вам, вы были хорошим учителем, — я улыбнулась. — Я уже предупредила кана Гумрака, что уеду, он готов отпустить меня в любой момент. — Грустно с ними расставаться, — понимающе сказал Людвиг. — Грустно, — я кивнула. — Многое успело случиться за это время, и таверна была моим оплотом спокойствия. — Я тебя понимаю. Мне тоже было жаль покидать свою деревню, когда я поступал на учёбу. Но я понимал: это мой шанс на лучшую жизнь. — Франц сделал долгую паузу. — Но я так больше и не вернулся к родным. Сначала не было времени, а потом было поздно. — Мне жаль. — Лика, для тебя это огромный шанс. Тем более с твоей памятью. Возможно, именно в столице ты встретишь старых знакомых, которые тебя узнают и помогут вернуться к прошлой жизни. — Акосе ободряюще улыбнулся. — Там самое крупное сообщество магов. Но даже если ты никого не найдёшь и не вспомнишь прошлое, мастерская оса Барта примет тебя с удовольствием. Я гарантирую это. На этом мы расстались, и я отправилась в таверну. Осталась неделя — нужно собрать вещи, наверняка придётся что-то купить для путешествия. Надо узнать, как лучше ехать: денег на личный экипаж мне точно не хватит. В таверне было непривычно людно для столь раннего времени. Я увидела сидящих за стойкой Софи и Тома и сразу направилась к ним — узнать причину наплыва посетителей. — Софи, Том, — поздоровалась я, подходя. — Почему так много людей днём? — Лика-Лика, ты, как всегда, ничего не знаешь! — засмеялась Софи. — Через пару дней свадьба Амелии и Ирвина. Вот и съезжаются со всей округи — погулять на свадьбе олува. — А когда приём? — я не могла упустить возможность заработать ещё монет перед долгой дорогой в столицу. — Через пять дней, — ответил Том. — Ты хочешь пойти? — Конечно, — я уверенно кивнула. — Моя учёба у акосе закончилась, через неделю уезжаю. Лишних денег не бывает. Софи, ты со мной? Девушка лишь отрицательно покачала головой. После той ночной истории Софи изменилась. Никогда бы не подумала, что за одну ночь человек может пересмотреть все свои взгляды на жизнь. Она перестала говорить о богатых мужчинах и проявила благосклонность к Тому. Нет, согласия на свадьбу она так и не дала, но теперь всё свободное время проводила с ним. Я видела, как Том светится от счастья, когда гуляет с девушкой по городу. — Так ты скоро уедешь, Лика, — голос Тома погрустнел. — Вернёшься сюда? — Не знаю, Том. Скорее всего нет, — мне не хотелось им врать. — Учёба займёт несколько лет. Да и акосе пообещал замолвить за меня словечко, чтобы оса Барт сразу взял меня к себе на работу. — Мне не верится, что я разносила еду вместе с будущим магом, — Софи приобняла меня за плечи. — Софи, не магом, а всего лишь помощником, — я обняла её в ответ. Мы словно уже начали прощаться, хотя впереди была целая неделя. — Ты такая упорная, что я уверена: и в мастера пробьёшься. Знаешь… — Софи наклонилась к моему уху и зашептала так, чтобы даже Том не слышал: — Я никому ещё не говорила, даже матери и отцу. Я ходила к обрин кан Молок, и она всё ещё согласна взять меня в мастерскую и учить. Мы договорились о неполном дне, чтобы я могла помогать отцу, пока он не найдёт новую подавальщицу. — Я так рада за тебя! — зашептала я в ответ. — У тебя точно получится. И с Томом вы очень хорошая пара — он правда о тебе заботится. Софи покраснела как помидор на мою последнюю фразу. Некоторое время назад. Виссар Герц. Я метался по своему новому кабинету, как зверь. С минуты на минуту должен был прийти оса Штейн и рассказать, удалось ли найти следы Анники. После посвящения я заперся в башне оло и смог открыться только Штейну — он и так знал о готовящемся ритуале. А все остальные, особенно королевская семья и маги, ни в коем случае не должны были узнать правду обо мне. В дверь постучали. Я с помощью ментальной магии проник в голову посетителя и, убедившись, что это Штейн, открыл дверь. — Штейн? Какого чёрта! — прорычал я, увидев, как пожилой маг отрицательно покачал головой. Снова нет. Её нигде нет. Я не чувствовал её магией из-за артефакта, который связал нас. Я не мог, как оло, приказать её искать — чтобы не выдать себя. Ведь настоящему оло нет дела до юной еси, которая пропала. Да никто, кроме меня и этого старого оса, не знает, что Анника исчезла. Словно растворилась в мире. — Оло, — пожилой маг уважительно поклонился. — Штейн! Виссар. Меня зовут Виссар, — перебил я его. — Оло, пока ваши глаза черны и полны ментальной магией, я предпочту обращаться к вам по титулу. Мне не хотелось бы, чтобы вы из-за своего гнева сожгли мои мозги. Я, конечно, стар и прожил уже достаточно… Держите себя в руках. Я со злостью плюхнулся в кресло, закрыв лицо руками. Так, успокоиться. Нужно успокоиться. Старик прав. Голоса прошлых оло становятся в моей голове слишком громкими, слишком близко. А я всегда должен контролировать их, если хочу оставаться собой. — Вот так лучше, Виссар, — произнёс Люк, видя, что мои глаза вновь стали голубыми, когда я отнял руки от лица. — Мальчик мой, тебе нужно учиться контролю. Иначе то, что сделала Анника, потеряет смысл. — Я понимаю, Люк. Понимаю. Мы потратили уйму времени, а её нигде нет. Она не могла испариться. Даже если… — я сглотнул, мне было страшно думать об этом. — Даже если она умерла, где-то должно быть её тело. Люк Штейн молчал. Мы проверили все вероятные пути. Я не мог связаться с ней ментально или через камни связи. Её не видели на тракте, её имени не слышали в ближайших деревнях. Словно девушки никогда и не существовало. — Виссар, последний вариант: небольшой город в паре часов езды от того места, где она должна была проводить ритуал. Я связывался со своими знакомыми оттуда, но такую девушку там никто никогда не видел. Если бы только ты сам мог… мог проверить их мысли. — Но если она там, почему не вернулась? Почему не дала знать о себе? — Я не знаю, Виссар, не знаю. Что-то пошло не так в ритуале. Была нарушена аура энергетического поля, и… мы не рассчитывали, что произойдёт… — Мне нужен повод для официального визита туда. Придумай что-нибудь, — я перебил мага, не дослушав, что там произошло и чего они не рассчитали. Штейн много раз пытался объяснить, что пошло не так, но я не хотел слушать. Я не разбираюсь в магии артефактов, а эти знания всё равно не приближают меня к тому, где сейчас Анника и что с ней происходит. — Хорошо, оло. Я доложу вам, как только узнаю последние события в городе. — Штейн попятился к выходу и так, спиной вперёд, склонившись, вышел в коридор. Чёрт. Опять эти чёрные глаза, опять эти голоса. Магия меня изменила. Хотя я не хотел этого признавать, я стал другим. Все мои чувства и эмоции усилились во сто крат. И только стоило мне дать слабину, перестать держать свои желания под контролем, как пробуждались они — прошлые оло — и начинали нашёптывать, как себя вести, что делать, кого убивать, а кого миловать. Но я знаю, ради кого я должен держаться. Анника. Пока у меня есть надежда найти её, я смогу контролировать магию. А если нет… Я всегда знаю, что мне нужно сделать, чтобы прекратить борьбу и мучения. Они шепчут мне об этом. О том, что тьма поможет забыться и боль уйдёт.