Виссар рвал и метал после того, как молодой оса передал ему записку. Сам того не желая, он призвал ментальную магию — и его глаза почернели, хотя он уже давно не пользовался ею вовсе, не говоря уже о спонтанных вспышках. Оса, чьё имя он даже не успел спросить, просто выбежал из кабинета, обронив папку с какими-то листами. Что происходит? Он думал, Анника так занята своей новой жизнью, восстановлением памяти… А его она не помнит, и ему не осталось места рядом с ней. Тем более он, Виссар, кажется, видел этого оса, что передал записку. Крутился рядом с девушкой последний месяц. Обедал, беседовал — и Анника так заразительно смеялась рядом с ним, такой счастливой выглядела. Виссар боялся нарушить хрупкое счастье девушки. Пусть ему не осталось места в её жизни, но он может присматривать за ней. Просто быть рядом. Пускай это не то, чего он хочет, но если девушке будет лучше без него и её память не вернётся… А оказывается, это она уже решила, что ему нет до неё дела. Да, работы действительно очень много, но если бы он знал, что она пишет ему, что её не пускают в кабинет… Да что за дьявол? Что, если бы этот оса не передал ему записку? Уже сегодня он мог бы потерять девушку навсегда, сам того не осознавая. Мужчина силой ментальной магии нащупал своего помощника — выделенного королевским оса из личных учеников — и приказал явиться в кабинет. Помощник, совсем молодой мальчишка, быстро нырнул в кабинет и застыл, опустив голову, словно статуя. Виссар бросил ему в лицо записку Анники и зло спросил: — Что значит «её не пускали ко мне»? Почему я не видел её писем? Мальчишка мял листок в руках и что-то пробормотал себе под нос. — Я тебя не слышу. — Виссар чувствовал, как ментальная сила окутывает его и устремляется к помощнику. — Либо ты рассказываешь, либо я узнаю сам. — Я… я скажу. — Помощник всхлипнул. — Оса Хобб приказал мне следить, чтобы вас ничто не отвлекало от работы, великий оло. Нет ничего важнее вашей магической миссии. Все письма я передавал вам в порядке их важности и очерёдности. Видимо, содержание этих писем и статус девушки не были самыми приоритетными, и они к вам ещё не попали. А в список посетителей она не входит. — Какой, к чёрту, список? Я не делал списков посетителей. — Это… это оса Хобб передал мне его. И велел… велел не пускать лишних. — Помощник начал заикаться от волнения, его руки, держащие записку, мелко тряслись. — Хобб… — Виссар устало прикрыл глаза, пытаясь успокоиться и унять разбушевавшуюся внутри силу. Стоило только показать свою человечность, как сразу же нашлись желающие управлять им. Он открыл глаза, глядя мальчику прямо в лицо. — Можешь быть свободен. Чтобы завтра я тебя здесь не видел. И передай оса Хоббу, что в следующий раз свою должность сменит он. Мальчик пулей вылетел из кабинета. Виссар подошёл к зеркалу, глядя, как исчезает чернота из глаз. — Что ж, придётся пережить ещё не одну попытку манипулирования, пока я не покажу себя, — парень потёр лицо ладонями. — Но сначала — Анника. *** Я сидела на подоконнике окна моей комнаты в мастерской, смотрела, как солнце медленно заходит за горизонт, смолкает шум города и в комнату проникает прохладный воздух. Я ждала Виссара. Не знаю, придёт ли он. Рик, конечно, прав: мы столько пережили, что не можем быть друг другу чужими. Но ведь я изменилась, изменился и он. Не сделал ни единой попытки связаться со мной. Понимаю, что он занимает высокий пост, но… хоть короткая записка. Может быть, мы и правда стали чужими, и в этом виновата не только моя потеря памяти, но и новые обстоятельства. Кто я? Юная еси, которая не знает, чем хочет заниматься и чего хочет от жизни? Два года назад я ответила бы, что хочу делать артефакты, заниматься наукой. Предел моих мечтаний был попасть в мастерскую и творить. А сейчас? Ведь даже после занятий с Риком, когда я всё вспомнила, я не притронулась ни к одному предмету в моей собственной мастерской. Хочу ли я делать кольца для таких, как Амелия из Лицы? Пожалуй, нет. Неужели я всю свою жизнь заблуждалась в выборе пути? Хотя Рик называл меня гениальным артефактором, но, прожив без них больше года, я почему-то не скучаю по этой деятельности. А Виссар? Он теперь оло. Великий маг-менталист. Кем он был, когда мы начинали дружить, когда стали парой? Мальчишкой из соседнего дома. Лучшим другом, сокурсником, соседом по общежитию. Мы были равны, а сейчас нас разделяет слишком большая пропасть, и я могу понять, что он не захотел тратить время на меня. Начать всё с начала. Но ведь он искал меня? Искал, но не знал, с какой трудностью придётся встретиться. Я покрутила в руках чёрный кристалл — он привычно отозвался, и по рукам потекло тепло и умиротворение. Уже стемнело, но Виссара не было. Я твердо решила ждать его до самого утра, пока не станет ясно, что он точно не придёт. Я услышала едва слышные шаги и скрип лестницы. Сердце дрогнуло. Неужели это он? Я сидела неподвижно, даже когда открылась дверь комнаты. — Ты пришёл, — тихо выдохнула я, почувствовав, как сзади ко мне подошёл мужчина. — Пришёл, — так же тихо ответил парень. — Я думала, что не нужна тебе, — я повернулась к нему лицом, продолжая сидеть. — Это была нелепая ошибка. — Виссар опустился на колено, склонив голову. — Память обо мне не получалось вернуть, ты вновь занялась магией. Я боялся, что тебе нет до меня дела, погрязшего в бумагах. — Меня не пускали к тебе, и ты не отвечал на письма, — я пожала плечами. — Это Хобб. — Виссар поднял голову, вглядываясь в мои глаза. — Запретил помощнику пускать посетителей, не включённых в его список. Письма ранжировал по важности. Зря я выдал свою человеческую сущность. — Так ты не забыл про меня? — Я протянула руку и запустила пальцы в его отросшие тёмные волосы. — Я думал о тебе ежесекундно. — Он легко прикоснулся губами к моему запястью. — Но я плохой руководитель и ещё худший политик. Позволил себя легко обмануть и чуть не потерял тебя. — Если ты хочешь, я могу побыть у тебя помощницей. — Я задумалась на секунду. — Временно. Помогу разобраться в делах, наладить работу. — А как же магическая практика, мастерская? — парень удивлённо посмотрел на меня. — Мне нужно разобраться в себе. Что-то изменилось, и я не уверена, что хочу заниматься артефактами. По крайней мере, в том плане, как я всегда себе это представляла. Моя потеря памяти и жизнь в Лице показали, что всё имеет последствия, о которых я раньше не думала. — Я вновь сложила руки на коленях, крутя в руках чёрный кристалл. — Помнишь, там на приёме в доме олува была рыженькая девушка? Её свадьба. Так вот, она обманом женила на себе сына владельца того дома и Лицы. И виновата в этом была я. Сначала ей в руки попал артефакт моего изготовления, а потом я, по незнанию, ещё и активировала его ей. И я до сих пор не уверена, что это был хороший поступок. — Это не твоя вина, — попытался начать Виссар, но я остановила его жестом руки. — Моя. Не зря есть запрет на реализацию артефактов не оса и не еси. Не зря нельзя наделять артефакты некоторыми свойствами. Мне нужно какое-то время подумать над этим, и быть в этот период твоей помощницей — неплохой вариант. — Ты говорила, что придумала, как вернуть воспоминания, — сменил тему парень. — Да. — Я улыбнулась и показала чёрный кристалл. — Теперь, когда память о магии ко мне вернулась, я поняла: ключ к моей памяти был всегда со мной. Но без тебя я не могу им воспользоваться. — Не понимаю. — Все артефакторы могут магически прикоснуться к своим изделиям — чтобы проверить их, зарядить, настроить. Если предмет состоит из нескольких частей, они должны быть рядом. Но я не могла это сделать без тебя. — Я показала парню чёрный кристалл. — Одна часть у меня, а другая… — У меня, — ошеломлённо произнёс парень, прикасаясь ладонью к груди. Я прикрыла глаза, призывая свою магию. Нити силы окружили чёрный камень в моих руках, затем устремились к Виссару, и я ощутила маленький чёрный осколок рядом с тревожно бьющимся сердцем. Сначала ничего не происходило. А потом я ощутила, как вихрь привычного тепла окружил меня. Он становился всё плотнее и плотнее, словно кокон окутывая меня. В глазах вспыхнуло золотистое свечение, и воспоминания, словно осколки витража, начали складываться в картину. Те, что я уже вспомнила, те, о которых мне рассказали. Спутанный клубок магических знаний выстроился чёткой структурой. На воспоминания детства накладывались воспоминания юности, моменты с Виссаром. Эмоции, чувства. Злополучный пожар в лесу, который нарушил архитектуру пространства и сбил моё заклинание. Я не знаю, сколько это длилось, но когда золотистое свечение погасло и я осознала себя, то кулем съехала с подоконника. Виссар ловко подхватил меня, страхуя от удара об пол. В его глазах читались испуг, волнение и… ожидание? — Теперь я тебя помню, — я не стала томить Виссара. — Я рада, что у нас всё получилось. — Анника? Ты… ты всё помнишь? — Помню-помню. — Я устало прикрыла глаза. — Я же обещала, что у нас всё получится. И я вернусь к тебе в целости и сохранности. Правда, неделя путешествия несколько затянулась. Виссар облегчённо улыбнулся, и я видела, как напряжение покидает его лицо, мышцы постепенно расслабляются. — Я люблю тебя. — И я люблю тебя, Виссар.