- Я все равно туда пойду, - шипела Роза. Место для разговора было выбрано не самое удачное. Они с Ридом стояли под лестницей, которая скрывала их от чужих глаз. Но вот гарантия, что она скроет и от чужих ушей, отсутствовала напрочь. Роза в пятый раз повторяла, что обязательно пойдет на встречу с медсестрой Далисса. Рид в пятый раз пытался её отговорить. И они тратили драгоценное время, отпущенное на поиски преступника и спасение Леона. Тратили на бесконечные глупые препирательства. Потому что Роза все для себя решила. - Хорошо, - внезапно сдался Ридеон. – Но если ты все-таки пойдешь в лечебницу, я с тобой. - Нет, - теперь уже взвилась Роза. – Зачем привлекать ненужное внимание? За тобой следят сыщики, забыл? А я для них – всего лишь супруга Леона. Им все равно, куда я хожу и с кем встречаюсь. - Ты говоришь глупости, - настаивал Рид. – Они видели тебя с нами. Хотя, может, это и к лучшему. Мало ли, что может ожидать тебя в лечебнице. А так – сыщики будут рядом. - Ты хуже моего мужа, - поморщилась Роза. – Ладно, поедем вместе, но ты ждешь меня в экипаже. - Договорились, - Рид довольно улыбнулся. Он добился своего. А вот Роза готова была спорить до бесконечности, но боялась, что их голоса привлекут мужа. Увы, она не учла одного – пока они находятся под одной крышей, от Леона не скрыться. А Леонард словно что-то чувствовал. Он все время был где-то рядом с Розой. И даже под лестницей её не покидало ощущение, что стоит обернуться – и она увидит любимое лицо мужа, серьезное и сосредоточенное. Соврать ему – вот самое сложное испытание на грядущий день. Обмануть одного из лучших сыщиков страны и сбежать, чтобы рисковать своей жизнью. Роза понимала, что Леон будет в ярости. Если бы они хоть на миг поменялись местами, она бы с ума сошла от злости. Но идти нужно. Розалия убеждала себя, что потом расскажет мужу обо всем. И где была, и что удалось узнать. Или лучше передаст информацию Риду, а тот уже как-то поведает Леону. Но это – завтра. А сегодня… Роза вздохнула. Она быстро поднялась по ступенькам, чтобы столкнуться с Леоном лицом к лицу. Отметила, что муж выглядит лучше. Все-таки её небольшая уловка с магией подействовала, и теперь Роза два раза в день собирала черноту с его печати и растворяла в пространстве. Зато Леон стал хотя бы отдаленно напоминать живого человека. - Что случилось? – мигом нахмурился Леонард. Все-то он видит! - Ничего, - Роза заставила себя улыбнуться. – Голова болит. Наверное, поменяется погода. - Помочь? – тут же потянулся к ней Леон. - С ума сошел? – Роза отпрянула и чуть не оступилась. – Твоей магии слишком мало. Не нужно тратить её на меня. Леон хотел было возразить, но вдруг замолчал. Эти перепады в его настроении пугали Розу до дрожи. Словно перед ней был родной, любимый человек – и в то же время кто-то чужой, кто уже одной ногой стоит за гранью и поэтому знает больше, чем кто-то еще. - Что? – зря было думать, что Леон не заметит её полный жалости и страха взгляд. - Ничего, - Роза опустила голову. – Я просто за тебя боюсь. - Не стоит, - губы Леонарда тронула легкая улыбка. – Я справлюсь. А ты не беспокойся зря. Осталось совсем немного. «До твоей гибели», - подумала Роза, но оставила мысли при себе. Внутри что-то обрывалось каждый раз, когда она смотрела на мужа. И справиться с этим было выше её сил. - Леонард, я вечером уйду ненадолго, - вместо этого сказала она. – У соседки по прошлой квартире день рождения. Обещаю, что быстро вернусь. Ложь опалила губы. Но Леон только кивнул: - Хорошо. Возьми экипаж, не броди по ночному городу. - Как скажешь, - улыбнулась Роза. – Пойду выбирать, что надеть. И упорхнула прочь, чтобы за закрытой дверью залиться слезами. Она до сих пор не могла поверить, что жизнь Леона висит на волоске. Смотрела на него – и едва сдерживала рыдания. Как она могла не заметить? Они ведь жили под одной крышей, постоянно виделись после того, как Леон получил проклятую печать. Как могла проглядеть, что ему плохо? Невыносимо… - Возьми себя в руки! – приказала вслух своему отражению, из которого на неё смотрела растрепанная, заплаканная и бесконечно растерянная женщина. – Леон жив и будет жить. Рано паниковать. А потом будет поздно. О, боги, ну за что? Роза распахнула створки шкафа. Накануне Витана развесила в нем многочисленные наряды хозяйки. Какой из них подойдет для вечернего визита? Может, вон тот, голубой? Или светло-сиреневый? Но руки сами потянулись к простому изумрудному платью, которое подчеркивало тонкую талию и высокую грудь, при этом оставляя простор для воображения. Пусть Рен думает, что она наряжалась для него и использовала медсестру, как повод для встречи. Пусть. Это будет последний раз, когда Роза увидится с ним. Никаких ужинов. Ничего, что дало бы Леону повод подозревать её в измене. Ничего, обман Витоуса ничто по сравнению с обманом мужа. Переживет. Платье сидело, как влитое. Из косметики Роза использовала лишь румяна – слишком уж бледной казалась, и чуть подкрасила губы. Когда отражение в зеркале хотя бы частично её удовлетворило, Розалия накинула кокетливую легкую шаль и вышла из дома. Рид ждал у экипажа – видимо, опасался, что она сбежит. Роза только улыбнулась. Зря опасался. Она не собиралась делать глупостей. Кроме одной – самого этого визита. - Отлично выглядишь, - заметил Тенвик. - Спасибо, - ответила Розалия, первой занимая место в экипаже. Она дождалась, пока Рид сел рядом, и сделала кучеру знак ехать. – Ридеон, ты же помнишь, о чем мы договаривались? Ждешь меня в экипаже и ни шагу не делаешь к лечебнице. - Помню, - парень скривился. Он вообще выглядел усталым в последние дни, и Роза ему сочувствовала. – Только не задерживайся. У тебя всего час. Потом я возьму эту больницу штурмом. - В одиночку не справишься, - усмехнулась она, наблюдая, как за окном проносятся дома, кофейни и рабочие конторы. - Но попытаюсь. Так что поторопись. - Хорошо, я постараюсь, - ответила Розалия. На этом разговор угас. Слишком много мыслей гнездилось в голове каждого из них. Мыслей, которые требовали тишины и покоя. Экипаж остановился, не доезжая до лечебницы около десятка шагов. Роза улыбнулась Риду – больше для того, чтобы успокоиться самой – и спрыгнула на мостовую. Она спиной чувствовала взгляд спутника и понимала, что Рид не хочет её отпускать. Там, внутри, могло ждать, что угодно. Но если они не найдут преступника, Роза лишится мужа. А ради Леона она согласна на всё. Она постучала. Какое-то время никто не открывал, но, стоило Розе снова занести руку для стука, дверь отворилась, и на пороге появился Рен Витоус. - Розалия, дорогая, - он перехватил её руку и поднес пальцы к губам. – Увы, наша встреча не неожиданная, но безумно приятная. Проходи. Чувствуй себя, как дома. Роза перешагнула порог – и снова очутилась в мрачном царстве болезни. Одуряюще пахло лекарствами. Откуда-то доносились хриплые крики. Проведи в этом месте хотя бы сутки – и сойдешь с ума. - Ты побледнела, - заметил Рен. – Что-то не так? - Днем лечебница выглядит менее пугающей, - призналась Роза, стараясь не отставать от него ни на шаг. – А ночью кажется, что здание живет своей жизнью. - Возможно, так и есть, - задумчиво кивнул Витоус. – Пройдем в мой кабинет? - Я пришла поговорить с медсестрой, - напомнила Роза о цели своего визита. – И, если честно, хотелось бы сделать это поскорее. Моя статья почти закончена, остались последние штрихи. - Как скажешь, дорогая. Мила сейчас у Далисса, вечерний обход. Думаю, там мы её и застанем. Идем. Лестница скрипела под ногами. Тусклый свет одиноких светильников не мог полностью рассеять тьму. Розалия с трудом пыталась унять нервную дрожь. Ноги подкашивались, а еще недавно удобные туфельки казались колодками. Платье прилипло к спине. А ведь она тоже одно время работала с Леоном и видела многое. Почему же сейчас так страшно? Потому… что в случае чего Леон не сумеет её спасти? От этой мысли стало жутко, и Роза задвинула её на задворки сознания. Она – маг смерти, и справится с любым. Хоть с безумным Далиссом. Нужно просто успокоиться. Это же так легко! Вдох-выдох. Розе удалось выровнять дыхание, и к тому моменту, когда они подошли к двери, она обрела подобие спокойствия. На этот раз в комнате, больше похожей на тюремную камеру, было двое. Далисс сидел на стуле и раскачивался из стороны в сторону. Он что-то бормотал под нос. Длинные спутанные волосы почти скрывали его лицо. Роза могла разглядеть только острый нос, восковой как у мертвеца, и бескровные губы. Рядом с ним суетилась худощавая девушка. На мгновение её хорошенькое личико показалось Розе знакомым. Словно где-то они виделись. Но это ощущение быстро исчезло. Нет, они определенно не встречались ранее. Медсестра стояла к ней полубоком и перебирала в пальцах коробки от лекарств. - Добрый вечер, Ивонна, - кивнул ей Рен. - Добрый вечер, доктор, - звонко ответила та. - Знакомьтесь, это начинающий журналист, о котором я вам говорил. Розалия Деренальт. Ивонна повернулась к Розе. Розалии не понравился её взгляд – колкий, цепкий. Она изучала Розу так, как рассматривают зверушку в живом уголке. - Я хотела задать вам пару вопросов, - Роза приказала себе угомониться. – Касательно вашего пациента. - Мы не рассказываем о своих больных, - нахмурилась Ивонна. – Конечно, Рен просил посодействовать, но я знаю только то, что лежит в плоскости врачебных диагнозов. Если вы об этом, то Далисс безумен. Целиком и полностью. - И никаких проблесков разума? За все это время? – Роза против воли посмотрела на Далисса. Их взгляды встретились – и девушка отпрянула. По спине пробежал холодок. Мерзкий привкус страха осел на губах. Потому что взгляд Далисса напоминал скальпель. И словно пытался разрезать её на части. Он был слишком осознанным. - Нет, никаких, - голос Ивонны вернул ее к реальности. – А теперь прошу прощения, мне надо работать. - Благодарю за уделенное время, - ответила Роза и поторопилась к двери, как никогда осознавая, насколько глупой была её затея. Вот только выйти в коридор она не успела. Запоздало ощутила заклятие, врезавшееся в спину. Неловко взмахнула руками, стараясь ухватиться за воздух, и рухнула на пол. В ушах зазвенело. Как сквозь дымку, Роза видела склонившихся над ней людей – Ивонна, Рен… и Далисс. Они довольно улыбались. А Далисс что-то говорил своим сообщникам. Рен кивнул и поднял Розу на руки. Роза пыталась ухватиться за исчезающие толики сознания – но вокруг была только тьма.