ПРОЛОГ

Кабинет полковника Пичугина встретил меня привычным запахом старых бумаг и табака. Никита Андреевич сидел за своим столом, его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а мундир, как всегда, безукоризненно выглажен. Он поднял на меня взгляд своих пронзительных серых глаз и молча указал на стул напротив.

— Алеся, — начал он без предисловий, — у меня для тебя особое задание.

Он положил передо мной тонкую папку с грифом "секретно". Я заметила, как подрагивает его рука – не от старости, а от беспокойства. Пичугин относился ко мне почти по-отечески, и это делало ситуацию ещё более тревожной.

— На смоленском участке происходят странные вещи, — продолжил он. — Разведчики пропадают без следа. Сначала думали, что нарываются на немецкую засаду, но...

Он замолчал, подбирая слова. Я знала, что если Пичугин начинает так говорить, дело действительно серьёзное.

— Один вернулся, — наконец произнёс он. — Но он не в себе. Несёт какую-то чушь про волков и демонов.

Я внимательно слушала, стараясь не выдать своего волнения. Заболотинск, где я поймала маньяка, был детской забавой по сравнению с этим.

— Собери свою группу, — приказал Пичугин. — Немедленно вылетаешь на фронт.

Я откинулась на спинку стула, пытаясь скрыть своё беспокойство. Волки и демоны – это звучало как бред сумасшедшего. Но я знала, что Пичугин не стал бы отправлять меня на заведомо безумное задание.

— Что именно произошло с тем разведчиком? — спросила я, открывая папку.

Полковник вздохнул и потёр переносицу.

— Он кричит по ночам, — тихо сказал он. — Рассказывает о каких-то существах, которые преследуют его. Говорит, что видел, как его товарищей утащили в лес... нечто.

Я пробежала глазами по строкам рапорта. Датировано июнем 1942 года. Группа из пяти человек ушла на задание и не вернулась. Один выжил, но его психика явно пострадала.

— Есть какие-то следы? — спросила я, не поднимая глаз.

— Никаких, — ответил Никита Андреевич. — Словно они растворились в воздухе.

Я подняла взгляд на полковника. Его лицо было серьёзным, даже напряжённым. Он явно знал больше, чем говорил.

— Никита Андреевич, — произнесла я, — что-то ещё?

Он помолчал, глядя в окно, за которым виднелся хмурый июльский день.

— Местные рассказывают сказки, — наконец произнёс он. — О существах, которые живут в этих лесах. О том, что они просыпаются, когда земля пропитана кровью.

Я нахмурилась.

— Вы верите в эти сказки?

— Не знаю, — честно ответил он. — Но я верю в то, что ты сможешь разобраться в этом деле.

Я встала со стула, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Это было не просто задание. Найти и обезвредить диверсионную группу или вычислить шпиона в окружении какого-нибудь генерала. Меня, капитана особого отдела НКВД, отправляли в лес, чтобы доказать и так очевидный факт – монстров, демонов и призраков нет. Это предрассудки малограмотных людей. Эх, вроде, советская власть занимается просвещением, но, похоже, этого мало.

— Когда мне нужно выехать? — спросила я, поправляя кобуру.

— Немедленно, — ответил Пичугин, поднимаясь из-за стола. — У тебя есть сутки на подготовку.

Волки и демоны. Существа из древних легенд. И моя группа, которая должна будет разобраться с этим.

— Алеся, — окликнул меня Пичугин у самой двери, — будь осторожна. Это не обычное задание.

Я обернулась и посмотрела ему в глаза.

— Я всегда осторожна, — ответила я, хотя знала, что это не так.

Он кивнул, но в его взгляде я прочитала беспокойство.

— Береги себя, девочка, — тихо произнёс он.

Я вышла из штаба, предчувствуя, что эта прогулка по лесу будет не такой, как обычно. Нас там поджидают не волки и не демоны, а новые неприятности от фашистов.